Архив рубрики «4. Часть четвёртая»

На Thunder Bay(4)

03.11.2012
<<<<< Предыдущее

Вечерело, но программа — есть программа — надо посетить Sleeping Giant – символ города Тандер Бей.

Он представляет собой горное нагромождение пород, вулканического и всякого другого происхождения, украшенное лесами и замыкает собой залив с южного направления. Из города массив напоминает собой профиль лежащего великана, откуда и название. Красивейшие места, исследовать которые нужен не один день. Наша задача была выбраться на самый верх, куда ведёт девятикилометровая тропа, узкая, с обрывистыми обочинами, доставляющая немало страданий нежным подвескам минивена. Местами тропа проходит по таким чащобам, что везде мерещатся Али Бабаи. Подьём занимает у нас около часа, может чуть меньше. Селфоны по-партизански молчат. Если стать, помощи ждать придётся долго и нудно. Солнце садится с неудержимой резвостью. Побаиваемся, что фотографировать не получится.

Sleeping Giant

Sleeping Giant. (Кликнуть для увеличения)

Вид со Sleeping Giant

Вид со Sleeping Giant. (Кликнуть для увеличения)

Опасения подтверждаются, когда мы наконец заканчиваем «восхождение». Полумрак придаёт впечатлениям особый шарм. У подножия обрыва плещется засыпающее Верхнее Озеро, самое западное из Великих озёр (Lake Superior). Небольшое судно направляется в сторону города, оставляя след, словно утюг на ткани. След долго не исчезает. Где-то играет волынка, добавляя романтики. Темнеет внезапно, напоминая о том, что нам сегодня ещё нужно найти ночлег. Около часа спускаемся на асфальтированную дорогу, а затем ещё полчаса до основного шоссе. За это время экстренно тормозим три раза. Один раз из-за оленя и два раза из-за огалтелых скунсов. Чугунная сковорода покидает своё место и начинает громко передвигаться по салону.

Вышли на главное шоссе, где нам на хвост тут же уселись многотонные траки. Мы идём около 90 км/ч, но им мало, спешат черти. Прибавить не решаюсь, в каждой тени мерещится лось или олень. Вспоминаю слова опытных тракеров — по ночам ездят только отчаявшиеся. Может быть и так, уверенности это не добавляет. Вбиваем в GPS местный аэропорт, зная, что в округе точно будут гостиницы. GPS ведёт нас окольными путями, но в конце-концов, в половине 11-го вечера мы заруливаем на стоянку Victoria Inn. Ресторан — так себе, Wi-Fi подключаться отказывается. Комнаты народного класса стоят гораздо дороже, чем то, что нам встречалось до сих пор. Система отопления-охлаждения центральная. На местном календаре ещё лето, включено охлаждение. Комнату не обогреть, несмотря на то, что на улице достаточно прохладно. Персонал несказанно удивляется, когда с ним здороваются. Мы провели в пути около 12 часов, готовы сьесть хоть старые валенки и заснуть хоть стоя, хоть в кресле, хоть под ним.

Ночь прошла в думах. Я храпел и думал — как же можно так храпеть? Потом сообразил, что храпел не один. Храпел вдвоём с соседом слева. То ли звукоизоляция совсем поизносилась, то ли сосед мой был силён. Храп доносился через стенку и через дверь одновременно.

Долго-ли, коротко-ли, наступило утро, мы потрапезничали, поболтались в бассейне и отправились на
Mountain McKay. Для достижения цели сначала нам пришлось переправиться через гремящий всеми суставами мост металлической конструкции над рекой Кaministiquia, а затем карбкаться по живописному серпантину.

Где-то на половине пути стояла будка, где пологалось заплатить за проезд в кассу местного индейского племени (Ojibwe). На окне будки висел плакатик ”Will be back soon”, но ворота были открыты нараспашку, чем мы и воспользовались.

Mountain McKay (раньше — Thunder mountain) – территория принадлежащая индейской общине. Гора, увенчанная плоскогорьем. Всё это буквально нависает над городом. Раньше на этой горе коренные жители совершали обряды жертвоприношения и вход неиндейцам был запрещён. Теперь там находится памятник местным хлопцам, погибшим в различных войнах в составе Канадской армии, небольшой павильон, рассказывающий историю народа Ojibwe, эстрада и смотровая площадка. Город лежит, как на ладони. За всякими такими красотами мы и позабыли, что поехали в поход завоёвывать новые земли. Эта гора вернула нас к нашим тёмным замыслам. Я представил себе, как классно было пуляться отсюда стрелами по всяким бледнолицым.

Вид на Thunder Bay

Вид на Thunder Bay. (Кликнуть для увеличения)

На фоне всего этого ходит импозантный мужчина — из Ojibwe и рассказывает свою историю. Сказал, что французы первыми пришли сюда жить и торговать, а потому Ojibwe тогда долго и хорошо владели французким. Ещё он сказал, что Treaties(договоры) с Канадой они(индейцы) подписывали, толком не зная английского языка. И поэтому сейчас договоры надо пересмотреть. И вообще, пора индейцам вернуть свою гордость и владения. Человек выглядел очень современно, говорил очень убедительно. Я спросил его, говорит ли он на своём родном языке. Он сказал, что нет, что мол последний носитель языка в его роду — его бабушка. И она умерла 17 лет назад. Я принёс ему соболезнования, заснял заходящий на посадку самолёт и мы отправились вниз, в город.

Слышал по радио, что языкам коренных жителей предрекают полное исчезновение в течение ближайших 40-50 лет, если правительство не займётся этим вопросом вплотную.

Тут живёт почти 110.000 жителей. Thunder Bay получен слиянием в 1970-ом году городов Fort William и Port Arthur. Сами места известны белому человеку ещё с конца 17-го века. Естественно, первыми тут были французы. В городе живут выходцы из европейских стран и коренные жители, в пропорции 9 к 1. Индейцы достаточно крепко интегрированы во все аспекты жизни и имеют большое влияние, владея многими ключевыми территориями города.

Природа, сама природа, Верхнее озеро, залив, ландшафт — это то, зачем мы ехали и получили этого сполна. Верхнее озеро, с большим отрывом, самое большое, самое глубокое и самое объёмистое среди всех Великих озёр. Многие суда, ходящие по нему — морского класса потому что, если тут штормит по-настоящему, то у домохозяек Виннипега разливается кофе. И пусть слово «озеро» никого не сбивает с толку. Площадь его — как площадь Южной Каролины и больше Чехии, например. Это самый большой по поверхности пресноводный водоём в мире.

Дальше мы спустились с гор, вернулись в город и сделали последнюю остановку — на Waterfront.

Это — участок города, выходящий на марину — пристань для маломерных судов и судёнышек. Когда-то здесь был терминал порта с пристанями для больших пассажирских и грузовых кораблей. Тут-же была центральная железнодорожная станция. Со временем железная дорога и аэропорт свели значимость водного транспорта до минимума. Сегодня только зерновые района, созревающие в больших количествах в течение короткого промежутка времени вывозятся большими кораблями.

На месте порта сегодня расположилась зона отдыха с павильоном для туристов, мелким бассейном, где в жаркий день можно погрузиться в воду по щиколотку, детской площадкой и эстрадой.

Полянка скульптур. Эти фигурки сделаны из камня, но повторяют формы зверушек, которых надувают клоуны на детских мероприятиях.

Полянка скульптур. Эти фигурки сделаны из камня, но повторяют формы зверушек, которых надувают клоуны на детских мероприятиях. (Кликнуть для увеличения)

Thunder Bay. Marina. Общий вид.

Thunder Bay. Marina. Общий вид. (Кликнуть для увеличения)

Зеркальные яйца. Или капли ртути? Модернисты скажут точнее.

Сперматозоиды спящего гиганта. (Кликнуть для увеличения)

Фонтан, где всем всё по щиколотку.

Фонтан, где всем всё по щиколотку. (Кликнуть для увеличения)

В городе есть несколько прикольных зданий. Несколько, не более того. В остальном — обычный «областной центр» Северной Америки. По отзывам людей, побывавших там, единственная вещь, которую мы пропустили и которая стоила всё-таки визита — Fort William Historical Park. Мы, как уже было сказано, предположили, что нам знакомы такие места и пожертовали им, времени ради. Нам сказали, что там можно вполне счастливо провести целый день. Что ж, может быть, когда-нибудь.

А пока мы залили бак бензина и без всяких выкрутасов начали возвращение домой по 17-ой дороге. Возвращаться решили в два присеста, с остановкой в Драйдене. Думали хоть раз разбить палатку, но зловещий голос из радио предвещал дождь. 17-я дорога не столь живописна, как, например 71-я, но всё равно, красоту ничем не заляпать, ни брошенными гостиницами, ни убогими придорожными магазинчиками.

Вообще, поселения вдоль всего нашего маршрута на Онтарийской стороне выглядят маленькими, перекошенными и облупленными. Почти ничего нового и стройного. Какой-то налёт запустения на всём. Вся радость — ландшафты.
Ну и само дорожное полотно. Нам, осевшим в Манитобе, такие дороги кажутся сказкой (хоть до сказки всё ж далековато по европейским стандартам). Только пугают караваны тяжёлых грузовиков, летящих навстречу плотно сбитым порядком.

Ощущается острая нехватка крупнокалиберного турельного помидоромёта, когда такие же громозеки на скорости 90 км/ч садятся на хвост. Знакомые тракеры говорят — это один из способов припугнуть «дачника» и заставить его двигаться быстрее. Работает это и в другую сторону. «Дачник» не дай Бог не тормозит. Он просто бросает педаль газа, даёт тракеру прийти в себя и переоценить ситуацию, когда на спидометре мерзкие 50 км/ч (и простого налогоплательщика не надо уговаривать, что дальше — затяжной подьём, дома неработающая жена с двумя детьми и т.д. и т.п. Я знаю много ребят-тракеров, у которых тоже затяжные подьёмы и неработающие жёны… и ничего, ездят по-человечески). Главное — крепкие нервы. Сигналят они сжатым воздухом. а это душераздирающе. Я не знаю других способов борьбы за жизнь в таких ситуациях.

Драйден (Dryden) – последняя наша остановка. Это самое маленькое поселение в Онтарио, имеющее статус города. Около 8000 человек. Здесь живут уже по Манитобскому времени (Central time). Населённый пункт был основан в конце 19-го века по инициативе тогдашнего министра сельского хозяйства Онтарио, Джона Драйдена (John Dryden). Земли района были достаточно плодородными, что и привлекло внимание министра, а затем, с его подачи, и многих новых поселенцев.

С начала 20-го века и до совсем недавнего времени опорой местной экономики был целлюлозно-бумажный комбинат. В 2008 году он резко сократил производство, оставив город и население без былой поддержки. Местные винят во всём Китай и Россию. Страны с дешёвой рабочей силой и полной мезмятежностью по отношению к своим лесным ресурсам. Я бы к виновникам отнёс бы и современные реалии, когда горделивый фолиант «Война и Мир» помещается на обычном сидюке раз 500.

Центр города аккуратен и симпатичен. Новые дома? Нет, здесь их тоже нет. Пара-тройка новых гостиниц. Всё. Даже дома фермеров, по сравнению с домами их Манитобских коллег выглядят куда скромнее и я выражаюсь так чтобы никого не обидеть.

Простые Драйденские фермеры

Простые Драйденские фермеры (Кликнуть для увеличения)

Столовая закрыта?

Столовая закрыта? (Кликнуть для увеличения)

Народ бросает колхозы...

Народ бросает колхозы...(Кликнуть для увеличения)

Ещё Драйден печально известен авиакатастрофой произошедшей здесь в 1989 году. Фоккер Ф-28, следующий рейсом на Виннипег не смог набрать необходимую высоту и задел деревья за торцом ВПП. Эта катастрофа убила 24 человека.

Мы остановились в местном Holiday Inn Express. После скидки членам CAA мы оставили там 134 доллара. Нам понравилось. Приветливый персонал, всё работает, атмосфера какая-то домашняя, что-ли… Бассейник — так себе, купать резиновых утят, быстренько… пока не выросли…

Хорошенько выспались, позавтракали в гостиничной столовой и двинули домой. До Виннипега около 350 км. Орали песни, махали ручкой паровозам, (на самом деле, машинист гудел не нам. Хорошо видно на видео, что мы ещё не поровнялись с передним. Просто совпадение 🙂)

высматривали лосей. На одном дыхании пролетели Кенору и весь остаток пути.

Кенора. Баг.

Кенора. Баг.(Кликнуть для увеличения)

Абалдеть.

Абалдеть.(Кликнуть для увеличения)

В Манитобе подешевел бензин, дороги стали шире, но тут же стало трясти, как в Одесском трамвае 5-го маршрута (который до Аркадии). Общее чувство — тут больше воздуха, тут углы прямее, а небо выше. Но трясёт….. и комары…. и полгода зима…. А ещё тут дом.

Мы вернулись в четверг, около полудня. Наш вояж продолжался 4 с половиной дня. Мы намотали на кардан(вру, нету у нас кардана) 2016 километров, оприходовав 220 литров бензина. Мы отсняли около двух часов видео и сделали около 200 фотографий. А самое главное — мы отлично отдохнули.